Новозеландско-ирландский поэт, музыкант, филолог и переводчик Саймон Паттерсон о «Журавликах»:
Переводить эту книгу было редким удовольствием: это тот проект, в котором голос, воображение и хитрый интеллект сочетаются в точных пропорциях. Дмитрий Орехов написал басню, которая работает на нескольких уровнях одновременно.
На первый взгляд, это яркое, динамичное приключение о птицах и грызунах, сражающихся за остров. Но за юмором, яркими красками и изобретательным построением мира скрывается глубокое понимание силы, убеждения и того, как доверие можно превратить в оружие. Передать эту смесь легкомыслия и серьезности на английском языке было одной из самых сложных задач перевода.
Меня особенно привлекла галерея персонажей книги — от напыщенного, сбитого с толку Додо и мудрого, но усталого Какапо до неугомонного баклана Гоги, — каждый из которых говорит в своей собственной манере, обусловленной их местом в хрупком обществе острова. Уловить их голоса означало перейти от торжественных тонов к разговорным, от искреннего идеализма к острой сатире. Немногие работы дают переводчику возможность так ловко переключаться между тонами, сохраняя легкость повествования.
Но больше всего меня восхитил отказ автора от снисхождения к читателям. Юмор в книге острый, но никогда не жестокий, предупреждения четкие, но никогда не грубые. Нарастающее напряжение в этой истории — от наивного обмена к долгам, от долгов к оккупации и, наконец, к открытому террору — рассказано с ясностью, которая кажется одновременно древней и болезненно современной.
Переводя книгу, я часто останавливался, чтобы оценить точность, с которой Орехов превращает простое изображение или диалог в обвинение в эксплуатации.
«Журавлики» — это, в конечном счете, история о том, как легко можно поступиться свободой и как неожиданно может возродиться мужество после того, когда показалось, что все потеряно.
Перевод этой истории на английский язык — с сохранением ее сатиры, нежности и проблесков абсурда — был очень полезным. Я надеюсь, что читатели почувствуют ту же смесь восторга и беспокойства, которая сопровождала меня на протяжении всего перевода: ощущение знакомого мира, преломленного через яркое оперение и острые зубы.